Он мог устроить скандал на весь Арбат, но вместо этого молча закрывал за ушедшей женщиной дверь. Дважды Михаил Державин терял жен — и дважды выбирал не бой, а тишину. А потом рядом появилась Роксана Бабаян, и стало ясно: за этим мягким молчанием скрывалась не слабость, а особая стратегия жизни.
Первая история началась на Арбате, в Щукинском училище. Юный Державин влюбился в Екатерину Райкину, дочь уже ушедшего Аркадия Райкина. О жёсткости великого сатирика ходили легенды, но к выбору дочери он отнёсся неожиданно тепло. В худощавом арбатском юноше он, видимо, разглядел надёжность. К тому времени Державин уже успел мелькнуть на экране, сыграв гимназиста в картине «Они были первыми». Райкин даже оплатил свадьбу и купил зятю импортный костюм.
После училища их дороги разошлись: Державин оказался в Ленкоме, Екатерина — в Вахтанговском театре. Начались гастроли, новые компании, сцена. С одних летних гастролей жена вернулась другой. Она честно призналась: в её жизни появился уже покойный Юрий Яковлев. Державин не стал выяснять отношения, бить посуду, проклинать или делить имущество — делить, по сути, было нечего. Он выслушал и отпустил. Он вообще не воевал за тех, кто уже выбрал другую дорогу. Андрей Миронов в шутку называл его мастером незаметного исчезновения: если что-то не нравилось, Державин просто растворялся. Ссоры он считал бессмысленными, ведь рано или поздно людям всё равно приходится мириться. Врать — ни другим, ни себе — он не умел. Если человек полюбил другого, зачем делать вид, что ничего не случилось?
Второй брак выглядел полной противоположностью студенческой романтике. Уже ушедшая из жизни Нина Будённая, дочь легендарного маршала, была красавицей и студенткой журфака Московского университета. Их познакомил покойный Виктор Суходрев, переводчик Хрущёва и Брежнева. Свадьбу играли на даче Семёна Михайловича Будённого. Через два года родилась дочь Маша. Державин перебрался с Арбата на улицу Грановского — в дом, где соседями были Рокоссовский, Тимошенко, Ворошилов и Молотов. Этот мир небожителей он рассматривал с мальчишеским любопытством. Однажды стоял с тестем у подъезда, ждал служебную машину. Мимо шли прославленные военачальники, здоровались. А на другой стороне улицы топтался подвыпивший прохожий. Когда машины уехали и Державин остался один, тот подошёл и выдохнул что-то вроде: вот это да, сам Державин из «Кабачка 13 стульев». Для простого человека пан Ведущий оказался важнее всех маршалов в лампасах. Семён Михайлович к зятю-актёру относился по-отечески. В детстве Миша махал с Арбата правительственной машине, в которой ехал Будённый. Позже рассказал об этом тестю. Маршал усмехнулся и сказал, что вот и домахался, сынок. Эту фразу он потом повторял не раз.
В этой семье Державин прожил девятнадцать лет. Казалось, нашёл надёжный причал. Но и эта лодка дала течь. Нина Будённая тоже ушла к другому. И снова — ни публичных сцен, ни грязного дележа, ни обвинений. Михаил просто отступил. Позже он говорил, что ни на одну из бывших жён обиды не держит и даже поддерживает с ними дружеские отношения. Почему? Ответ у него был почти актёрский: человек, который на сцене проживает десятки чужих судеб, начинает лучше понимать чужие мотивы. Державин не судил, а пытался понять. Окружающие иногда называли это слабостью, но в этом было больше внутренней силы и мудрости. Он не тратил себя на желчь, предпочитая хранить светлые воспоминания.
После двух рухнувших браков в его жизни возникла Роксана Бабаян. История знакомства похожа на комедийную сцену. Сестра Державина была замужем за уже покойным Борисом Владимировым — той самой Авдотьей Никитичной из дуэта «две бабушки». Михаил по-родственному раздобыл для него обычное сиденье для унитаза. В благодарность Владимиров позвал его на гастроли в Казахстан. В аэропорту он и представил Державина певице Роксане Бабаян. Державин, не раз объявлявший её песни в радиопередаче «После полуночи», представлял монументальную армянскую женщину. А перед ним стояла стройная, изящная, женственная девушка. Новых романов после двух неудач он не планировал. Но уже покойный Александр Ширвиндт, друг и главный советчик, заставил его действовать. Он поговорил с Роксаной на балконе своей квартиры, а потом, проходя мимо Державина, нарочито громко посоветовал брать, потому что лучше уже не будет. Державин послушался. Они расписались 6 сентября 1980 года. Этот союз стал для него тихой гаванью до конца жизни. Роксана сумела подружиться со всеми его бывшими жёнами, с дочерью Машей и внуками. Она не стирала его прошлое, а вписалась в него, создав большую, немного странную, но очень дружную семью.
Возможно, главным секретом обаяния Державина была незлобивость. Он умел отпускать и прощать. Люди тянулись к его внутреннему свету, к доброте, к отсутствию червоточины. Он любил розыгрыши, но никогда не делал их злыми. Однажды подсунул Андрею Миронову в гримёрке осколок автомобильного номера, похожий на его собственный. Миронов в костюме Чацкого помчался на улицу проверять машину. В этом не было издевательства — только детская шалость. Державин разыгрывал тех, у кого было чувство юмора, поэтому на него не обижались.
Театральная судьба Державина петляла не меньше личной. После Ленкома, когда оттуда ушёл Анатолий Эфрос, Михаил вместе с Ширвиндтом и ещё десятком актёров отправился за режиссёром в Театр на Малой Бронной. Но ролей там почти не было, и Державин заскучал. Спасение пришло неожиданно. Мимо театра проходил уже покойный Анатолий Папанов и, увидев знакомых, предложил бросить это место и идти в Театр сатиры. Вскоре их начал звать и Андрей Миронов. Так благодаря друзьям Державин обрёл свой главный театральный дом на долгие годы, а потом перетянул туда и Ширвиндта.
Арбат оставался его корнем. Рядом с домом Державина находилось Щукинское училище. Профессия была предопределена: он шутил, что вышел из своего подъезда, вошёл в соседний и выучился на артиста. Театр пропитал всё его детство. Ему казалось, что заводы, фабрики и булочные существуют только для того, чтобы обслуживать сцену и артистов. Как иначе, если отец — народный артист, в гостях постоянно бывают вахтанговцы, а из Ленинграда приезжает сам уже покойный Николай Черкасов. Этот мир искусства сделал Державина особенным. Он не карабкался по карьерной лестнице, не интриговал, не завидовал. Даже в легендарном дуэте с Ширвиндтом спокойно соглашался на вторую роль. Он полушутя объяснял, что Шура старше на два года и, значит, на те же два года талантливее. Державин нашёл своё место и был в нём счастлив. Ему не нужно было никому ничего доказывать.
Ближе к финалу жизни Державин мечтал о необычном. Он хотел не мешать людям и не стать причиной трагедии для того, кого когда-то мог обидеть. Он думал не о себе, а о других. В этом был весь Михаил Державин. Он ушёл из жизни в 2018 году, оставив после себя не скандалы, а редкую репутацию человека, который умел любить без боя. Но за кулисами этой мягкой истории остаётся загадка: почему тот, кого в шутку называли главным мастером исчезновения, в последнем браке оказался самым верным? Была это сила, страх одиночества или высшая мудрость? А вы смогли бы отпустить любимого человека к другому и потом сохранить с ним дружбу?
Наша группа в Одноклассниках – https://ok.ru/group/62323375931507
Наша группа Вконтакте – https://vk.ru/historydata
Добавить комментарий