Когда Государь находился в Крыму, одним из его любимых занятий были прогулки по Ливадийским владениям. Однажды он решил испытать на себе экипировку простого пехотинца. Царь приказал принести ему форму солдата и, облачившись в нее, отправился прогуляться по территории, которая принадлежала ему. Прогулка привела его в небольшой переулок, где дежурили полицейские. Один из них, не узнав в нем Царя, ответил весьма неприветливо, когда тот спросил дорогу до казармы.
— Здесь частная территория, проход запрещен. Возвращайся, откуда пришел. Ближайшие казармы находятся там, — сказал полицейский, указывая в сторону Ореанды, где был расквартирован 16-й стрелковый полк. Государь без лишних слов развернулся и пошел в указанном направлении.
Этот случай впоследствии очень развеселил Его Величество. Он часто вспоминал о том, как ему запретили пройти по его же владениям, и всегда с улыбкой отмечал образцовую работу охраны. Вернувшись во дворец, Царь встретился со своим адъютантом, который предложил ему заполнить военный билет в память о необычном дне. В документе нужно было указать имя, место рождения, вероисповедание и другие данные. В присутствии Евгения Боткина, лейб-медика, Николай II спокойно продиктовал:
— Имя: Николай Романов. Место рождения: Санкт-Петербург, Царское Село. Вероисповедание: православный. Семейное положение: женат. Поступил в полк 16 июня 1887 года в царствование Александра III.
Это была дата, когда Николай стал офицером. Однако в графе о звании он записал гораздо более скромную информацию:
— Стрелок с 24 октября 1909 года.
При этом Царь должен был указать свое положение при поступлении в полк. Известно, что обладатели определенных дипломов могли претендовать на льготы. Например, те, кто имел высшее образование, становились унтер-офицерами и могли служить ближе к дому, а некоторые даже получали возможность работать воспитателями, что сокращало срок службы. Но Николай II написал всего одну строку, которая осталась в памяти очевидцев:
— Без всяких льгот до самой смерти.
Эти слова, наполненные простотой и достоинством, поразили современников своей искренностью. Прошло уже более семи десятилетий, но эта фраза кажется пророческой. Она словно предвосхищала трагическую судьбу Государя. Скромность и самоотречение, возможно, не лучшим образом подходят для государственного деятеля, но как личные качества они остаются редкими и достойными уважения.
Когда-нибудь память о Николае II будет очищена от наслоений, и его фигура займет достойное место в истории. В других странах его уже чтут как первую жертву из миллионов, пострадавших в России от безжалостных политических и религиозных гонений.
Этот трогательный эпизод из жизни Царя сохранился благодаря воспоминаниям Татьяны Мельник-Боткиной, дочери лейб-медика Евгения Боткина. (Источник: “Царский лейб-медик: жизнь и подвиг Евгения Боткина”. Составитель: О.Т. Ковалевская. СПб.: “Царское Дело”, 2014. С. 99–100).
Подписывайтесь на наш паблик, где мы ежедневно публикуем редкие записи из дневников и мемуаров известных исторических личностей!
Добавить комментарий