Евгений Сергеевич Боткин лейб-медик семьи Николая II, дворянин.
Он был сыном доктора Сергея Боткина, лейб-медика императоров Александра II и Александра III. В роду Боткиных было много известных личностей врачей, художников, писателей.
Евгений Боткин окончил Императорскую Военно-медицинскую академию и начал свой профессиональный путь в больнице для бедных. Потом уехал в Германию, где стажировался у ведущих врачей. Вернулся в свою больницу. На Русско-японскую войну он ушел добровольцем. Став заведующим медицинской частью Российского общества Красного Креста, он большую часть времени проводил на фронте.
После войны Евгений Сергеевич выпустил книгу «Свет и тени Русско-японской войны», которую прочла императрица Александра Федоровна и выразила желание видеть на должности придворного врача ее автора. Осенью 1908 г. Евгений Сергеевич был назначен лейб-медиком императорской семьи.
Боткин говорил о царской семье:
«Своей добротой Они сделали меня рабом своим до конца дней моих»
Семья императора отвечала ему тем же:
«Ваш брат для меня больше, чем друг. Он все принимает близко к сердцу, что с нами случается»,
сказал Николай II брату Евгения Сергеевича. Особого внимания доктора требовала тяжелая болезнь цесаревича Алексея. Бывало, дни и ночи он проводил у постели мальчика лечил, подбадривал, беседовал. Алексей писал ему:
«Я вас люблю всем своим маленьким сердцем».
Когда для императорской семьи наступило время испытаний, доктор Боткин решил разделить ее участь. Вместе с ней он отправился в ссылку сначала в Тобольск, а затем в Екатеринбург. В Тобольске Боткин жил отдельно, свободно передвигался по городу, лечил горожан.
В доме Ипатьева Боткин делал все, чтобы облегчить участь императорской семьи, став посредником между узниками и комендантом Дома особого назначения. Несколько раз ему предлагали уехать, но он, предчувствуя страшный конец царской семьи, не оставил ее:
«Я дал царю мое честное слово оставаться при нем. Для человека моего положения невозможно не сдержать такого слова. Я также не смогу оставить наследника. Как я могу совместить это со своей совестью?»
В своем последнем, незаконченном письме он писал:
«В сущности, я уже умер, умер для своих детей, для друзей, для дела… Меня поддерживает убеждение, что претерпевший до конца спасется».
В ночь на 17 (4) июля 1918 г. охрана разбудила Е. С. Боткина и велела поднять обитателей Ипатьевского дома. Все узники спустились в подвал, где были жестоко убиты.
В 2016 г. Евгений Сергеевич Боткин был канонизирован Русской православной церковью как страстотерпец.
В нашем паблике мы каждый день публикуем истории из жизни Романовых и их архивные документы. Подписывайтесь, чтобы не потерять Записки Романовых
Добавить комментарий